"Наследник из Калькутты. Сталелитейный магнат Лакшми Миттал приобрел один из самых дорогих особняков в мире, ранее принадлежащий владельцу Формулы 1 Бернарду Экклстоуну"


16.04.2004
Источник: "Караван", Виктор Тарнавский, опубликовано 16.04.2004 г.      

В чьих руках наша сталь

Про сталь в век высоких технологий говорят не так часто. Но это не значит, что она перестала быть стратегическим товаром. Выходцу из Калькутты Лакшми Митталу удалось прибрать к рукам этот товар в 15 странах по всему миру, в том числе в Казахстане.

Он обошел Абрамовича

Сталелитейный магнат Лакшми Миттал приобрел один из самых дорогих особняков в мире, ранее принадлежащий владельцу Формулы 1 Бернарду Экклстоуну, сообщает Би-Би-Си.

Дом с двенадцатью спальнями, расположенный на западе Лондона, в Кенсингтон Пэлэс Гарденс, был куплен сталелитейным магнатом за 70 миллионов фунтов стерлингов (128 миллионов долларов). Эта сделка побила предыдущий рекорд продаж на рынке жилой недвижимости.

В доме есть 35-метровый бассейн, гимнастический зал, парикмахерский салон, бальный зал и гараж на 20 автомобилей. Ванная комната особняка отделана мрамором из тех же каменоломен, откуда брали материал для постройки Тадж-Махала.

В ноябре 2003 года британская газета "Таймс" сообщила, что переговоры о покупке этого дома ведет губернатор Чукотки Роман Абрамович. Особняк внесен в Книгу рекордов Гиннесса как самый дорогой жилой дом в мире.

Ispat - значит железо

Корпорация LNM Group, зарегистрированная на Нидерландских Антильских островах и управляемая из Лондона и Роттердама, представляет собой уникальное явление.

Начало империи было положено в 1950 году в Калькутте, где Мохан Лал Миттал вместе с двумя компаньонами выкупил убыточный сталепрокатный завод. Вскоре он со своими четырьмя младшими братьями основал новую компанию, назвав ее Ispat ("железо" в переводе с санскрита).

Когда индийское правительство начало притеснять частный сталелитейный бизнес, Митталы перебрались в Индонезию и купили там недостроенный сталепрокатный завод. Управляющим директором этого предприятия стал 26-летний Лакшми Миттал.

Вскоре Ispat вышел в лидеры индонезийского рынка стали.

Специалист по трансформации

Мечта Мохана Лала Миттала о создании международной сталелитейной компании начала осуществляться после того, как он нашел поставщика сырья на острове Тринидад в Карибском море, - госкомпанию Iscott. А вскоре у него появилась возможность приобрести это предприятие, терпящее огромные убытки.

На завод было направлено более 60 человек, "извлеченных" Митталом из сталелитейных предприятий по всему миру - от Саудовской Аравии до Японии. В команде были индийцы, уроженцы Юго-Восточной Азии, европейцы и даже двое россиян.

Именно там, на Тринидаде, сложилась основная бизнес-модель Лакшми Миттала, принесшая ему широкую известность в мировой сталелитейной отрасли. Он дешево приобретал убыточное, но перспективное предприятие, проводил на нем реструктуризацию и модернизацию, сокращал расходы, повышал качество продукции и осваивал выпуск более дорогих и прибыльных ее видов, и благодаря всему этому завод быстро становился рентабельным.

С начала 90-х Лакшми Миттал приступил к поиску возможностей для новых аналогичных сделок. Первый благоприятный случай представился в Мексике, потом - в Канаде.

Затем Лакшми Миттал приобрел три завода, находящихся на грани банкротства, в Германии.

Падающего - подыми

В 1995-1996 годах Ispat практически одновременно ввязался в два крупных проекта, казавшихся откровенными авантюрами. В состав компании вошли два новых предприятия, отягощенных значительными проблемами. Сначала - убыточный государственный ирландский завод Irish Steel, который правительство страны было готово спихнуть первому встречному за

1 фунт ($1,55) плюс долги в $80 млн. А через два месяца было подписано соглашение, которое сделало Ispat собственником Карагандинского металлургического комбината в Казахстане.

Казахстанский завод выплавлял сталь в доменных печах постройки 1960 года, имел запущенное и морально устаревшее оборудование, производил в основном листовую сталь плохого качества, испытывал огромные проблемы с рынками сбыта и находился более чем в 1500 км от ближайшего порта (Гурьев на Каспии). Кроме того, это был гигантский комбинат с более 30 тыс. рабочих, "держащий на своих плечах" весь город Темиртау, что обещало дополнительные проблемы с реконструкцией.

По признанию управляющего компании, все вышло в некоторой степени случайно. В Казахстане управляющий директор Ispat присматривал прежде всего угольные шахты, а тут правительство предложило ему "Кармет". Ситтард позвонил Митталу, а тот "вдруг взял и согласился". Сделка была заключена в течение двух недель. "Нечаянная" покупка обошлась Ispat в $450 млн. плюс $500 млн. инвестиционных обязательств. Пожалуй, единственной "радостью" стало то, что Ispat не должна была покрывать долгов предприятия (большая их часть, кстати, так никогда и не была выплачена).

По договоренности с правительством Казахстана приватизированный завод передал городским властям Темиртау почти всю социалку и часть коммунальных сетей, взяв взамен под свой контроль городскую электростанцию. Это позволило сократить затраты и одновременно решило проблему перебоев в электроснабжении.

В первый же год было сокращено около 5 тысяч рабочих мест, а на следующий год - еще 5 тысяч. Новая менеджерская команда провела настоящую чистку, беспощадно увольняя рабочих и служащих за пьянство и мелкие кражи и полностью перешерстив все коммерческие службы. За пять лет Ispat инвестировала в "Кармет" более $500 млн. Полной реорганизации подверглась маркетинговая служба, завод нашел новые рынки сбыта в Восточной Азии. Около 95% объема продукции отправлялось на экспорт, а в структуре Ispat казахстанский завод стал одним из главных центров прибыли.

В элитной компании

В 1997 году все предприятия многонациональной империи Ispat выплавили 10,9 млн. тонн стали, что вывело компанию на десятое место среди мировых производителей.

Еще в 1994 году от общей структуры отделились индийские предприятия. Все остальное стало называться Ispat International. В 1997 году Лакшми Миттал провел еще одну перестановку. На Нидерландских Антилах была зарегистрирована компания LNM Group, находящаяся в его личном владении.

Компания была зарегистрирована в оффшорной зоне, управлялась из Великобритании и Нидерландов, но при этом не производила в этих странах ни тонны стали. Все это, впрочем, не мешало ее руководству на переговорах с правительствами Казахстана, Ирландии или даже Великобритании называть себя "национальным производителем" и требовать предоставления различных льгот и преференций. В 2002 году компания даже оказалась из-за этого в центре грандиозного скандала. Журналистам стало известно, что очередное приобретение группы в Румынии лоббировал сам премьер-министр Тони Блэр, партия которого получила перед предыдущими парламентскими выборами щедрый дар от LNM в размере 125 тысяч фунтов стерлингов. Особое негодование промышленников Великобритании вызвало то, что LNM называла себя британской компанией, хотя на самом деле даже не платила налогов в Соединенном Королевстве.

В уникальной позиции находился и сам Лакшми Миттал. Одна индийская газета даже назвала Лакшми Миттала "Биллом Гейтсом из Калькутты".

Новые решения

В 2002 году руководство группы планировало изощренную комбинацию, задумав демонтировать убыточный мексиканский завод по выпуску нефтегазовых труб, перевезти все оборудование в казахстанский порт Актау на Каспии, там снова собрать его, а сырье (листовая сталь) для нового предприятия поставлять из Румынии. Однако реализация этого плана была отложена, так как прежде всего надо было обеспечить содействие правительства Казахстана, которому предстояло убедить российские и американские нефтяные компании (планирующие построить нефтепровод от новых месторождений на севере Каспийского моря) использовать именно эти трубы.

Необходимость новых решений возникла из-за ряда проблем. В конце 90-х поступательное развитие LNM Group затормозилось кризисом перепроизводства на мировом рынке стали, начавшимся в 1998 году и продолжающимся до сих пор. Мексиканский завод сотрясали забастовки. Подобные трудовые конфликты, вызванные низкой (даже по местным меркам) заработной платой, начали возникать и на "Кармете". Сама же LNM оказалась под огнем критики со стороны ряда казахстанских СМИ, обвинявших группу в том, что она решает собственные проблемы за счет страны, лоббируя в правительстве свои интересы, не совпадающие с национальными (например, тот самый "трубный" проект, о котором говорилось выше).

Однако благодаря тому же "Кармету" и другим успешным заводам LNM Group сохранила прибыльность и даже смогла продолжить свою экспансию.

В интервью, данном журналу Business Week в августе 2000 года, Лакшми Миттал называл помимо Восточной Европы еще такие регионы, как Ближний Восток и Восточная Азия. Как говорит Лакшми Миттал, "я не думаю, что мы когда-нибудь сможем сказать себе: достаточно".

Кстати

... если верить слухам, бывший двухнедельный владелец Карметкомбината Булат Абилов идет в противоположном деловом направлении. Если Лакшми Миттал продолжает скупать собственность и наращивать мощности своей империи, то казахстанский бизнесмен, напротив, избавляется от своих предприятий.

 

TOP-100 самых читаемых статей