"Маты-перематы, или о том, как нас хотели расстрелять"


25.04.2003
Источник: газета "Доживём до понедельника", Мария Шпульман, опубликовано 25.04-01.05.2003 г.      

«Противную сторону необходимо выслушать,

как бы она ни была противна»

Народная мудрость.

Что такое судебный процесс и с чем его едят, законопослушные читатели наверняка не знают. Проблем помимо судебных баталий у среднестатистического казахстанца и так хватает, да и судиться в нынешнее время — удовольствие слишком дорогое. Во-первых, это здорово бьет по карману: а вдруг вы проиграете суд, и вам придется выплачивать энную сумму денег за причиненный моральный ущерб противной стороне. Во-вторых, чтобы выдержать натиск судебных баталий, требуется железная воля и выдержка. А нервные клетки, как известно, не восстанавливаются. Если вы молоды, потери, конечно, не так ощутимы. А если в возрасте?

Фигура пенсионерки Ирины Алексеевны (ИА) приметна не только на просторах нашей необъятной страны, но и далеко за рубежом. Если заграница знает ИА по ее бесчисленным турне по америкам да европам, то в нашей стране она известна не только своими многочисленными несанкционированными митингами и демонстрациями, но и судебными делами. Последних у Ирины Алексеевны за последние годы накопилось изрядное количество. Просто диву даешься, когда только «бедная» пенсионерка все успевает!

Вот и намедни в одном из районных судов южной столицы закончилось очередное судебное разбирательство лидера движения пенсионеров «Поколение» Савостиной против правозащитника своей же организации — Бориса Годунова. О сути дела мы уже вскользь упомянули в одном из номеров нашей газеты. Но материал, согласно журна-листской этике, должен быть объективным. А посему мы незамедлительно направились на судебное заседание, чтобы выслушать и поддержать морально противную сторону.

Зал судебных заседаний, где проходило слушание, был наполовину заполнен, в основном, лицами сталинского возраста (наверное, друзья ИА?!), районный судья немного запаздывал, но главное, основные персонажи — истец и ответчица — сидели на своих местах. Предсудебное время вполне благоприятствовало для приватной беседы и обмена самых свежих новостей города.

— О, а вот и Нуршин пришел, — выкрикнул один из сподвижников ИА и в предвкушении чего-то интересного смачно заявил. — О-о, глянь-ка, к Годунову пришел. Тоже мне… Щас, че будет!

Прелюдия началась. В зале послышался гомерический смех бывшего правозащитника ИА — Бориса Годунова.

— Какой невоспитанный человек! — возмутилась старушка предсмертного возраста.

— Бабульки, нехорошо обзываться! — сделал замечание истец. — Лучше я вам газету прочитаю, «Доживем до понедельника» называется. «Дерзкий» дает добро!». Дает, потому что вы старенькие, бабульки, вам тяжело передвигаться, у вас куча заболеваний, расстройства всякие… Кому плохо, укольчик сделаем! А может даже и массаж.

— Дурак, дурак! — скандировали друзья ИА.

— Ну что вы так? — чуть ли не обиделся Годунов. — Я же о вас забочусь! Вам, наверное, тяжело ходить в таком возрасте на такие громкие процессы! Ну ладно, мы с Эриком вас прощаем. Вы не отличались никогда тактичностью. Ну Бог с вами, видимо, движение такое.

Ирина Алексеевна, наблюдавшая за происходящим за соседним столиком, скрипя вставными зубами, вымолвила в ответ на замечание правозащитников малопечатное выраженьице:

— Глашки ПИ-ДА-РАШКИ они…

Толпа приняла это, как начало контратаки.

— Шизофреники!!! — выкрикнул изо всех сил пенсионер. — Вот у нас был один замполит…

Но друзьям ИА не было никакого дела до этого замполита, а посему воспоминания бывшего новобранца были грубо прерваны очередным гвалтом несусветным.

— Ну что вы, что вы, бабульки, — попытались успокоить их Годунов и Эрик Нуршин. — Не нервничайте так! Мы знаем, что Ирина Алексеевна хорошая. Вот, в Страсбург, говорят, собирается, за вас родимых чтобы заступиться. Пусть едет! Пусть! Заодно на статую писающего мальчика посмотрит. Это же голубая мечта!

— Вы такие молодые симпатичные люди, а так себя ведете, — вспомнив, видимо, молодость, прослезилась одна, видимо, из «поколенок», за что была немедленно осуждена одним только грозным взглядом в виде штрафа своими товарищами, сидящими на скамейке в зале суда.

— Некультурные, невоспитанные, — послышались снова крики. — Годунова мы знать не знаем. Лечить вас надо.

Такой трогательной заботы о здоровье истца и его коллеги не ожидала даже сама ИА. Прежде, чем упасть в легкий обморок, она заказала через свое доверенное лицо стакан минеральной воды. Стакан был подан.

— А я вообще удивился Годунову года эдак два назад, — проглотив слюну, снова взялся за воспоминания бывший призывник. — У него была большая сумка. А там — бананы, ананасы! Я сразу понял, лечить его надо. Вообще-то таких сволочей во время войны расстреливали! Если, честслово, попался бы мне такой, ух, я б его…

— Растерзал, — смачно дополнила ИА.

— А сейчас просто такой период, — продолжил несостоявшийся палач, — сейчас такие патологии! Не на каждого время правильно показывает! Почему вы себя так ведете перед старухами?

— О, смотрите, журналистка Нуршина все записывает на диктофон, — зал на минуту утих.

Не выдержав молчания, одна «поколенка» все же выкрикнула:

— Пусть пишет, а я распишусь! Убивать их надо, а не оскорблять! Не провоцируйте нас!

До физической расправы дело, однако, не дошло. В адрес бывшего правозащитника ИА Бориса Годунова и известного адвоката Эрика Нуршина снова посыпались непечатные выражения. На этот раз успокаивать их никто не стал. Бабульки сами угомонились…

ИА, в случае проигрыша судебного процесса, обязана выложить за сведения о Борисе Годунове 100 млрд тенге. А это гораздо больше, чем Америка предлагает за сведения о Саддаме Хусейне.

P.S. Когда верстался номер, судья огласил решение.

 

TOP-100 самых читаемых статей