"Катком по клумбе демократии. Выборы прошли. Мажилисмены осваиваются в новых креслах. Парламент дал присягу и готов приступить к своему основному занятию - законотворчеству. Электорат отдыхает. Политологи подбивают итоги..."
15.11.2004 Источник: "Диапазон", Марина Васильева, опубликовано 11.11.2004 г.
И открывают наши широко закрытые глаза на то, что мы получили в результате.
''Из молодых, да ранний'', отзывалась пресса о политологе, по происхождению актюбинце (его родители и сейчас живут в нашем городе), Ерлане Карине. В его послужном списке немало должностей: директор Центрально-Азиатского агентства политических исследований (APR), генеральный директор Международного Института современной политики, первый заместитель председателя партии ''Асар''.
В дни недавнего визита в Актобе Ерлан Карин ответил на вопросы ''Д''.
- Сейчас, наверное, вам чаще всего приходится комментировать выборы 19 сентября. Чего ждать от состоявшихся депутатов? Чем теперь займется оппозиции?
- Прошедшие выборы стали достаточно неоднозначными. То, что партия власти ''Отан'' взяла на выборах 60 процентов, еще не означает, что в результате этой кампании рейтинг президента увеличился в несколько раз. Власти решили проблему только в тактическом плане, на сегодняшний день. В долгосрочной перспективе появились новые риски. В частности то, что партия власти абсолютно доминирует, может привести завтра к тому, что вся ответственность за все институты власти ляжет на плечи самого президента. Если завтра в Мажилисе будут проходить какие-то непопулярные законы, как это было раньше, например, Земельный кодекс, Закон о СМИ - президент уже не сможет ссылаться на некачественную работу парламента. В последнем своем выступлении он как раз критиковал парламент за то, что приходится возвращать законопроекты, принимать подзаконные акты, и пр. Теперь он не сможет сваливать определенную ответственность на парламент, потому что парламент полностью управляем, контролируем. Фактически парламент превращается в законотворческий отдел аппарата президента.
Такая же ситуация сложилась недавно в России. В прошлом году российские власти протащили в Думу исключительно пропрезидентскую партию, в итоге Госдума стала фактически однопартийной. И когда летом там обсуждали вопрос о замене льгот денежными компенсациями, что вызвало недовольство широкого круга российских граждан - бюджетников, инвалидов, и т.д. - это привело к снижению рейтинга президента. Рейтинг Путина снизился существенно, потому что ему не удалось объяснить народу, что это не его инициатива, а инициатива Госдумы.
То же будет происходить и у нас.
- Вы хотите сказать, что нас ожидает диктатура администрации президента?
- Речь идет о том, что весь внутриполитический процесс будет в целом управляемым, неважно кем - президентом, его администрацией, правительством. Получится одностороннее движение - без светофоров, без регулировщиков…
- Такие демарши, как провел бывший спикер Жармахан Туякбай - они будут иметь последствия для политической ситуации в стране, или об этом скоро забудут?
- У нас в Казахстане любое политической действие имеет эффект максимум два-три дня. Потом оно неизбежно затухает. Все это происходит потому, что пауза между действиями политиков очень длинная. Так было и с Туякбаем. Сначала он опубликовал заявление о своем несогласии с итогами выборов, с организацией выборного процесса. При этом не сказал о своем решении отказаться от депутатского мандата. И в течение 3-4 дней в коридорах власти и офисах партии было недоумение. Потом он делает заявление, где опять подтверждает то, что сказано в заявлении, и плюс о своем решении отказаться от депутатского мандата. Но при этом говорит, что остается в команде президента. Хотя как можно оставаться в команде, не согласившись с ее действиями? Политическое лукавство.
Все эти события показали двусмысленность казахстанской политики. С одной стороны, оппозиция не признает итоги выборов 19 сентября, но принимает решение об участии во втором туре голосования. Отказываются от депутатского мандата, а потом заявляют, что их неправильно поняли. Потом вдогонку делается заявление, что все-таки съезд будет принимать решение. И до сих пор никакой ясности. То, что мы видим сейчас, это конъюнктурно, это политика одного дня.
- Политикам не хватает решительности? Они трусят? Чем объясняется такая непоследовательность?
- Двусмысленность и однодневный характер таких действий объясняется тем, что мотивом является сиюминутная выгода - только для этой стороны, только для этих людей. Они могли бы уступить сегодня, чтоб завтра выиграть в другом. Могли бы сознательно проиграть битву, чтобы выиграть войну. К сожалению, нет. Они хотят сейчас, сейчас, и только сейчас. Но так не бывает. Это, между прочим, провоцирует радикализм. Сегодня власть радикальна по отношению к оппозиции, не дает ей шансов договориться по-хорошему. Но и оппозиция категорична в своих высказываниях. То есть каждая сторона слишком верит в свои силы, думает, что способна решить проблему сама, не обращаясь к противнику. И возможности диалога с каждым днем все меньше и меньше.
- Власть может полностью исключить оппозицию из политического процесса?
- Фактически так и получается. Власть сознательно, методично выталкивает оппозицию с политического поля, оппозиция не представлена в общей системе государственной власти. Получается, что мы будем жить в разных измерениях. Власть будет жить сама по себе, сама выдвигать инициативы, говорить о важности их, оппозиция - о важности своих. А общество живет само по себе. Такое впечатление, что мы на разных орбитальных станциях существуем, между нами никакой связи.
- В парламенте не представлена не только радикальная оппозиция. Даже пропрезидентские партии, такие, как ''Асар'' получили минимум мест.
- Перед выборами наблюдалась позитивная тенденция, происходила сегментация даже отдельно взятых лагерей. Появились направления умеренного, радикального толка. Но прошедшие выборы утрамбовали все политическое поле. Прошлись катком по новой клумбе, где только начали прорастать ростки демократии.
К сожалению, эти выборы отбросили нас назад, к клановой системе. Партия власти - это на самом деле корпорация различных теневых номенклатурных групп. Их победа означает, что в ближайшее время в Казахстане будет доминировать теневая политика, закулисные способы решения проблем.
Отсюда и экономика у нас теневая. Президент недавно покритиковал правительство за слабо развитый фондовый рынок. Но фондовый рынок не развивается, потому что у нас не сложилась открытая прозрачная экономика. Чтобы акции предприятия продавались, надо предоставить открытый отчет - движение всех финансовых ресурсов, имена учредителей, и т.д. Но, к сожалению, поскольку приватизация в Казахстане имела теневой характер, большинство финансовых ресурсов образовалось теневым способом, собственники не собираются их выставлять на фондовую биржу.
- Политика, стало быть, по-прежнему довлеет над экономикой?
- Получается так. К сожалению, экономика придаточна. Бизнес не является самостоятельной сферой. Любой бизнесмен - от крупного банкира до лавочника и крестьянина вам скажет, что, не имея кусочка власти в лице знакомого гаишника, знакомого таможенника, знакомого в акимате, в экологических службах - невозможно зарабатывать деньги. В малом и среднем бизнесе прибыль и так маленькая. Вкладывая 10 тенге, вы с трудом заработаете один, и при этом еще 50 тиын надо отдать кому-то.
К сожалению, в развитии общества нет четкой стратегии. Государство для себя ставит задачи - без учета мнения общества, оппозиция - для себя, она тоже сама решила, что для нас важно. Выборность акимов, например. Но кто уверен, что это именно то, что надо? Власть тоже для себя решила, что не надо нам сейчас демократии. Все эти стратегии - кабинетного характера, разработчики даже не пытаются выйти на улицу и спросить рядового человека - а что ему надо?
К сожалению, у нас в Казахстане существует два поля - поле реальной политики и поле виртуальной политики. Наша политическая и общественная жизнь протекают параллельно, а все дискуссии имеют отвлеченный характер, виртуальный. Все на данный момент упирается в президента.
- Может ли это привести к политическому кризису?
- Я считаю, что в Казахстане налицо все признаки надвигающегося политического кризиса. Во-первых, с каждым днем все меньше и меньше участников на политическом поле. Во-вторых, не решен вопрос о легитимности парламента. То, что власть заявила о том, что парламент состоялся, еще не означает, что это признали все. Третье - оппозиция практически вытолкнута из политического процесса. Есть власть в Астане и оппозиция в Алмате. Все остальное общество существует отдельно. Четвертое - партии не имеют далее практического смысла, в парламент всего четыре из них прошли, де юре партии существуют, но они не имеют права даже инициировать какие-то решения.
Парламент с первого дня критикуют, и у людей появляется несерьезное к нему отношение, на парламенте теперь до конца срока будет висеть этот ярлык нелегитимности. А это приводит к нелегитимности всей системы власти.
Я считаю, что диалог важен не потому, что нужно примирение. Диалог - это не примирение враждующих сторон, не подписание джентльменских соглашений, это участие как можно большего количества сторон для выработки путей развития. Тогда достигается какая-то преемственность. В Казахстане вопрос о преемственности развивается не в том направлении. Все зациклены на фигуре президента - кто его заменит. На самом деле нужно думать не о том, кто его заменит, а о том, чтобы сейчас был выработан путь, признанный и властью, и оппозицией, и тогда не важно, кто придет, важно, что не будет резких колебаний, и нас не будет бросать из стороны в сторону.
Рецепт успеха. Близкие друзья дали ему кличку "Микроб". 
Ермухамет-Интернет. Так нарекли министра культуры и информации Ертысбаева
