"Владимир Школьник (министр энергетики и минеральных ресурсов): В энергетике "чистого" рынка нет и никогда не будет!"
06.10.2005 Источник: "Время", Виктор Верк, опубликовано 06.10.2005 г.
- Владимир Сергеевич, повсеместно слышны жалобы на удорожание бензина. Может быть, причина в том, что крупным нефтекомпаниям никто не “выписывает тормоза”, как в России? Там совсем недавно представителей “Сургутнефтегаза”, ТНК-ВР, “Лукойла”, “Роснефти” и “Татнефти” вызвали “на ковер” в Минпромэнерго, и в результате внутренние цены на нефть в России “заморожены” до нового года. Может быть, и нам пора перенимать опыт соседей?
- Мы уже третий год подряд в феврале собираем представителей всех нефтяных компаний и договариваемся о приемлемых ценах на топливо для сельхозпроизводителей, чтобы те могли провести посевную и уборочную. В год мы обеспечиваем поставку селу более 700 тысяч тонн топлива по цене порядка 200 долларов за тонну (при рыночной цене 450). Мы подписываем протокол между Министерством энергетики и минеральных ресурсов, Министерством сельского хозяйства, компаниями, владеющими нефтеперерабатывающими заводами, “Казтрансойлом”, осуществляющим поставку нефти на НПЗ, Минтранскомом и “Казтемиржолы”, обеспечивающими цистерны для перевозки топлива, а также акимами областей, которые на основе тендера определяют компанию-оператора, отвечающую за поставку и распределение топлива... В этом году мы обеспечили на уборочную 359 тысяч тонн дизельного топлива по цене около 30 тысяч тенге за тонну (более чем вдвое ниже рыночной). Конечно, нас за это регулярно обвиняют в “нерыночных подходах”. Но должен ответственно заявить: в этом деле “чистого” рынка нет и никогда не будет.
- Позвольте с вами не согласиться, Владимир Сергеевич! “Чистый” рынок - удел рядовых автолюбителей, для которых цены на бензин растут не по дням, а по часам. Практически везде по Казахстану литр бензина АИ-96 стоит уже дороже 70 тенге, а в Астане - все 75. Здесь, в столице, 92-й бензин за неделю подорожал на 3 тенге. Чем не “чистый” рынок?
- А как вы хотели? Если у тебя джип с расходом бензина 20 литров на 100 километров - пересаживайся на более экономичную малолитражку! А если серьезно, то, конечно, нам нужно совершенствовать законы. Давайте вспомним об энергетическом кризисе 70-х годов прошлого века, когда при министерстве энергетики США создали федеральную комиссию, которая имела полномочия регулировать цены на топливо по всей территории США не только для отраслей экономики, но и для каждого американского гражданина. Под это был принят специальный федеральный закон! А когда в 2001 году взлетели цены, на частных НПЗ в Великобритании ввели государственное управление и отпускали нефтепродукты по строго фиксированным ценам. Договариваясь о фиксированных ценах для сельхозпроизводителей, мы делаем все, что можем, чтобы максимально смягчить последствия мирового роста цен на нефть для населения...
- Недавно министр экономики и бюджетного планирования Кайрат Келимбетов заявил о намерении с 1 января 2007 года перечислять все доходы от нефтяных операций в Национальный фонд. Как вы оцениваете последствия такого шага?
- Я этого заявления не слышал... По большому счету, когда мы говорим об устойчивом развитии страны, об индустриально-инновационной программе, которая сейчас реализуется, нужно держать в уме такой вопрос: как бы мы жили, если бы Бог не дал нам нефти? Представьте, в прошлом году мы добыли 60 млн. тонн нефти, а уже в 2015-м планируем добыть 150 млн. Подумайте, какими темпами должна развиваться несырьевая экономика, чтобы обеспечить необходимый баланс... А Нацфонд... Конечно, он должен страховать страну на случай, если мировая цена нефти упадет до 9 долларов за баррель, как это уже было. Но нельзя загонять туда все нефтедоллары, нужно просчитывать экономическую целесообразность. И если вы посмотрите документы, принятые правительством в последние годы, то убедитесь: наше правительство это делает...
- Да? А почему тогда бюджет верстается исходя из цены за баррель нефти вдвое ниже мировой?
- Во-первых, бюджет отталкивается от прогнозов цен не только на нефть, но и на другие полезные ископаемые, которые добывает страна, - уголь, металлы и т.п. Во-вторых, в мире существует целый ряд рейтинговых агентств, Всемирный банк, другие институты. Наши расчеты базируются на их прогнозах. Так что если мы ошибаемся - то вместе со всем миром, это менее накладно.
- Между тем со стороны складывается впечатление, что это делается только для того, чтобы потом - в нужный момент - “вдруг” найти в казне 100 миллиардов под реализацию Послания президента или, скажем, под выборы...
- Знаете, я не новичок в этом деле. И, поверьте, такого нет! Давайте заложим 70 долларов за баррель, а завтра мировая цена упадет до 40. И что будет со всеми социальными программами? Они просто “грохнутся”! Как лучше планировать бюджет семьи? Так, чтобы равномерно распределить средства, обеспечив ей выживание до следующей зарплаты. Это же естественно! Поэтому во всех странах, добывающих нефть (в том числе России, США), сегодня есть профицит бюджета.
- Владимир Сергеевич, говоря о диверсификации экономики, уходе от сырьевой зависимости, руководство страны заявляет: основная тяжесть в решении этой задачи ляжет на нефтяной и - в целом - добывающий сектор. Насколько это реально, если большинство предприятий этого сектора - в руках иностранцев?
- Вопрос действительно сложный, многокомпонентный. Сегодня большая часть доходов бюджета формируется за счет сырьевого сектора. И это хорошо! Так делают Австралия, Канада, та же Норвегия, добывающая 170 млн. тонн нефти на 4,6 млн. населения. И что - они плохо живут? Вот и перед нами стоит задача: на плечах сырьевого сектора сделать страну развитым государством с многоукладной экономикой. Должен сказать, что министерство активно занимается реализацией индустриально-инновационной программы. Уже в следующем году мы запустим ускоритель тяжелых ионов в Астане, на котором будут проводиться не только прикладные работы, но и фундаментальные исследования в области ядерной физики - исследования, я бы сказал, нобелевского уровня. Мы работаем над созданием термоядерной установки “Токамак” в Курчатове. Это часть единственного в мире научного проекта по созданию первого промышленного термоядерного реактора во Франции. Это будущее энергетики! Мы создаем парк ядерных технологий. Кроме того, мы реализуем программу освоения Каспийского шельфа, где используются самые передовые технологии в мире.
Да, мы активно приглашаем иностранцев, у которых есть интерес осваивать наши месторождения. Но в соответствии с недавними изменениями в законодательстве Казахстан (если ему это интересно) имеет приоритетное право на 50-процентное (и даже больше) участие. Это первое. Второе. Для каждого вновь приходящего инвестора теперь обязательным условием становятся предложения по развитию высоких технологий и участию казахстанской стороны в реализации этих проектов. (Это касается не только нефтяного сектора.) Это сегодня уже делается: на средства иностранных инвесторов строятся высокотехнологичные производства, выпускающие те же высокоточные задвижки, производящие новые технологии и другие элементы нефтегазового машиностроения.
- Вы сами сказали: это касается “вновь пришедших” инвесторов. А что делать с теми, кто уже давно играет на нашем сырьевом “поле”? Сейчас, накануне президентских выборов, оппозиция заявляет о том, что у нее в руках тексты контрактов на недропользование, заключенных в свое время с “Мобилом”, “Испатом” или, скажем, с нынешним владельцем “Казахмыса”. Там, по словам оппозиционных лидеров, даже не пахнет выгодой для Казахстана, скорее - совсем наоборот...
- С первых дней независимости я прекрасно видел, что происходит. Разваливались целые отрасли, останавливались цеха, в тяжелом положении оказались целые города, для которых эти предприятия были градообразующими. И что предлагали нынешние критики в то время? Многие из них, между прочим, занимали не последние посты в правительстве. Главное, тогда было важно привлечь в страну инвесторов, оживить экономику. А потом, представьте себя на месте иностранного инвестора тех лет. Вам предлагают вложить свои кровные в неизвестную страну с непонятным в то время законодательством. И что - вы рискнете вкладывать туда просто так, без особых условий?
Президент и правительство сумели привлечь их сюда, взяли на себя ответственность. Мы спасли страну. Кстати, с 1 января нынешнего года действует поправка в Закон о недропользовании, в соответствии с которой любой представительный орган власти - от парламента до районного маслихата - имеет право затребовать любой контракт.
- И как, есть прецеденты?
- Да, и мы тут же отправляем. Так что разговоры о прошлых “злоупотреблениях”... Знаете, я всегда говорю: хотел бы я сейчас быть таким умным, как моя жена бывает потом! Несерьезно вырывать какую-то договоренность из контекста времени. Я не профессиональный политик, я инженер-энергетик, ученый-физик. И как физик говорю: это неправильно, ненаучно! Люди, которые сегодня ссылаются на прежние контракты, понимают это не хуже меня.
- Допустим... А на чьей совести в таком случае ожидаемая продажа китайской нефтяной компании CNPC компании Petrokazakhstan? Вам, как министру, должно быть наверняка известно, с чьей подачи продают Родину? Именно так, кстати, преподносят эту ситуацию некоторые политики - в том числе с громкими фамилиями.
- Хочу разъяснить и им, и вам: речь идет не о продаже компании PetroKazakhstan. Это канадская компания, которая в нашей стране является собственником всех голосующих акций и 100-процентной доли участия в уставных капиталах казахстанских компаний, добывающих и перерабатывающих нефть, - АО “ПетроКазахстан Кумколь Рессорсиз” и ТОО “ПетроКазахстан Ойл Продактс”. Это публичные компании, акции которых принадлежат пенсионным фондам, страховым компаниям, частным лицам. Менеджмент PetroKazakhstan обратился к своим акционерам с просьбой рассмотреть возможность продажи акций. По предварительным данным, тендер выиграла CNPC. Еще не факт, что сделка будет одобрена - это решит собрание акционеров. Да, действительно законодательство Казахстана не позволяет государству работать на вторично-третичном рынке акций. Но! В соответствии со статьей 6 Конституции недра остаются собственностью Казахстана. И государство в данном случае сделает все, чтобы соблюсти свои интересы.
- В том, как оно умеет это делать, алматинцы уже убедились на недавнем примере с энергосистемой города - “Алматы пауэр консолидейтед”. Кстати, насколько известно, именно вы возглавляете комиссию по продаже гостиниц “Алматы” и “Казахстан”, под залог которых АПК в свое время кредитовался в Народном банке. Скажите честно, каких еще сюрпризов ждать алматинцам в ближайшее время?
- Сюрпризов, думаю, никаких не будет. Я, конечно, никогда и ничего не продавал, так что для меня это дело новое. Но мы постараемся сделать все, чтобы торги прошли законно, конкурентно и открыто. Приглашаю всех заинтересованных лиц присутствовать на них.
Что касается энергообеспечения Алматы... Проблем, которые надо решать, много, хотя скажите честно: у вас, алматинца, сейчас есть серьезные претензии по этому поводу?
- Серьезных пока нет...
- И, дай Бог, не будет! А если возникнут, помните: единственный акционер “Казтрансгаза”, выкупившего АПК, - это наше министерство. Так что приходите к нам - разберемся.
Рецепт успеха. Близкие друзья дали ему кличку "Микроб". 
Ермухамет-Интернет. Так нарекли министра культуры и информации Ертысбаева
