05.06.2006 Источник: "Мегаполис", Наталья Буенко, Александр Таланов, опубликовано 05.06.2006 г.
Свое первое письменное интервью после вступления в должность министра внутренних дел Казахстана Бауржан Мухамеджанов дал «Мегаполису». К сожалению, главный полицейский страны не нашел времени встретиться с нашими корреспондентами лично и ответил на все вопросы письменно.
– Бауржан Алимович, что из сделанного вами за время работы министром вы назвали бы главным?
– Главное – удалось противостоять преступности, обеспечить надлежащую общественную безопасность и улучшить криминогенную ситуацию в стране. Судите сами: общее количество зарегистрированных преступлений уменьшилось на 6,4 процента. Меньше стало общеуголовных преступлений, в том числе убийств, причинений тяжкого вреда здоровью, разбойных нападений, краж, а также преступлений, совершенных несовершеннолетними, лицами в состоянии опьянения, ранее судимыми. Снизилась и уличная преступность.
Совершенствуем мы и свою структуру. Это касается как центрального аппарата МВД, так и наших департаментов на местах. В апреле мы утвердили новую организационно-штатную структуру министерства. В результате были созданы четыре комитета – следственный, криминальной, административной и дорожной полиции. Благодаря этому мы сможем реализовать концепцию разграничения полномочий по выполнению стратегических, реализационных и контрольно-надзорных функций, вдвое сократить количество департаментов в МВД и повысить эффективность управления.
Мы прекрасно понимаем, что для эффективной работы нам нужны грамотные специалисты. Поэтому система профессионального образования остается одним из наших главных приоритетов. Мы уже разработали концепцию ее развития с учетом Госпрограммы развития образования до 2010 года.
– Собираетесь ли вы реформировать органы предварительного следствия и дознания?
– Разумеется, такая работа проводится. Перед созданным следственным комитетом мы поставили задачу поднять авторитет, престиж, статус и одновременно ответственность следователя. Реорганизация следствия направлена на создание единого и эффективного центра по координации, контролю, методическому обеспечению органов предварительного следствия, она даст возможность проведения единой кадровой политики и равномерного финансирования следственных подразделений с учетом потребностей и специфики работы.
– Могут ли полицейские рассчитывать на повышение заработной платы?
– Как вы помните, с июля 2005 года полицейским, как и всем работникам бюджетной сферы, заработная плата повышена на 32 процента, аналогичное повышение ожидается и в 2007 году. Эти вопросы, как и вопросы социальной поддержки сотрудников правоохранительных органов, находятся под постоянным контролем главы государства и правительства. Все понимают, что сложная работа полицейских сопряжена с постоянной опасностью для жизни и здоровья и требует адекватной материальной компенсации. Уже многое сделано для того, чтобы сотрудники органов внутренних дел получали достойную заработную плату.
– В парламенте рассматривается законопроект о частных детективах. Почему бы не разрешить им проводить оперативно-розыскную работу? Или полицейские боятся конкуренции?
– Дело здесь не в конкуренции. В этом вопросе главное – помнить, что основная цель оперативно-розыскной деятельности – предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, розыск лиц, их совершивших, тогда как предмет деятельности частных детективов согласно идее разработчиков – оказание детективных услуг в сфере гражданско-правовых отношений.
А это значит, что наделение частных детективов правом проведения оперативно-розыскных мероприятий может создать реальную угрозу нарушения конституционных прав граждан на неприкосновенность частной жизни, а для юридических лиц – коммерческую тайну. И такое вполне вероятно как в процессе оказания детективных услуг, так и при использовании полученной информации.
Кроме того, в 2006 году правительством предусмотрена разработка проекта закона по вопросам оперативно-розыскной деятельности. Этот законопроект предполагает существенно пересмотреть основания проведения оперативно-розыскных мероприятий, компетенцию уполномоченных государственных органов, меры по защите лиц, участвующих в оперативно-розыскной деятельности, а также функции контроля и надзора за оперативно-розыскной деятельностью в целом. Поэтому считаю, что целесообразным будет вернуться к обсуждению этого вопроса после принятия вышеназванного Закона.
– Как вы считаете, изжила ли себя система вытрезвителей?
– Для чего нужен вытрезвитель? Для того, чтобы пьяный, появившись на улице, не совершил преступление или правонарушение. Да и его самого обезопасить тоже нужно, мало ли кто может воспользоваться его состоянием. Для этого человека на время изолируют, оказывают ему медицинскую помощь. По сути, эти функции аналогичны тем, что выполняют наркологические учреждения Министерства здравоохранения. Однако в них качество оказываемой помощи значительно выше за счет того, что цель этих учреждений – именно лечение. А если учесть, что значительная часть лиц, злоупотребляющих спиртными напиткам, как правило, страдает различными заболеваниями, то, соответственно, им необходимо комплексное лечение, а не одномоментная помощь медиков и изоляция, что сегодня предусматривают вытрезвители.
Поэтому говорить о том, что система вытрезвителей изжила себя, было бы неправильным, однако ее тоже нужно реформировать. Я считаю, что наиболее целесообразным было бы передать вытрезвители из ведения МВД в ведение Министерства здравоохранения.
– Бывают ли случаи, когда граждане обращаются за помощью не к правоохранительным органам, а к криминальным авторитетам?
– Такие случаи, к сожалению, встречаются, особенно когда бизнесмен предпочитает работать вне рамок закона или «выбивает» долги в сфере теневой экономики. При таких обстоятельствах мы можем привлечь к уголовной ответственности за совершение вымогательства и того, кто обратился за помощью для возврата долгов к криминальным авторитетам и непосредственного исполнителя.
– Есть ли в Казахстане воры в законе? Много ли у нас крупных криминальных авторитетов?
– Да, в Казахстане есть два так называемых вора в законе, которые в настоящее время изолированы от общества и отбывают наказание в местах лишения свободы.
Есть и авторитеты уголовно-преступной среды. Мы их деятельность отслеживаем, и в случае совершения противозаконных действий принимаем меры к их изобличению и изоляции от общества. Но их «авторитет» не распространяется дальше уголовной среды, и они не имеют влияния на обстановку в регионах, как это происходит в некоторых соседних государствах.
– Не исключено, что в ближайшее время могут пройти выборы в парламент. Криминогенная ситуация во время выборов сильно меняется? Как в это время строится работа сотрудников МВД?
– Информации о выборах в парламент в ближайшее время у меня нет, но могу сказать, что выборные процессы не влияют на криминогенную ситуацию в стране.
В электоральный период органы внутренних дел охраняют избирательные участки, избирательные бюллетени, а также обеспечивают общественный порядок. Личный состав ОВД в этот период переходит на усиленный вариант несения службы, увеличивается плотность патрульных нарядов на улицах и в общественных местах.
– Почему дорожная полиция не передает оформление автомобилей в Центры обслуживания населения, где применяется принцип «одного окна»?
– На мой взгляд, ЦОНы не стоит рассматривать исключительно как необходимость концентрации всех видов обслуживания в одном месте. Они ведь созданы для удобства людей, которым нередко приходится обращаться в несколько подразделений внутри одного ведомства. Передача оформления автомобилей в Центры обслуживания населения в определенной степени создаст неудобства населению. Ведь людям придется обращаться не только в центры, но и в дорожную полицию, например, для техосмотра автомобиля и получения допуска к участию в дорожном движении.
– Со времен СССР существует жесткая конкуренция между МВД и КНБ. Как сейчас обстоят дела? Что нужно сделать, чтобы исправить ситуацию?
– Я бы не сказал, что конкуренция жесткая – каждое ведомство занимается своей работой в соответствии с законодательством. Кроме того, мы работаем совместно с КНБ в тесном контакте, в частности, по вопросам борьбы с терроризмом и экстремизмом.
– Официально сотрудники МВД не имеют никаких планов по количеству раскрытых преступлений. Но неофициально такие планы существуют. Что вы можете сказать по этому поводу?
– Никаких планов, в том числе неофициальных, по количеству раскрытых преступлений нет. Есть официальная статистика, которую ведет Генеральная прокуратура. Анализируя официальные данные, в зависимости от роста преступности мы принимаем определенные меры по ее снижению и стабилизации ситуации.
– Люди часто жалуются, что полиция «волокитит» поиски пропавших сотовых телефонов. Что делается в этом направлении?
– Действительно, в последнее время сотовые телефоны стали красть чаще. И не все эти преступления удается раскрыть в силу разных причин.
В начале года мы разработали и сейчас реализуем ведомственную программу по борьбе с кражами. В ней предусмотрен комплекс мер по профилактике и раскрытию хищений сотовых телефонов. Кроме того, МВД инициировало введение в уголовное законодательство нормы, предусматривающей ответственность за перепрограммирование IMEI-кода сотового телефона, который в случае кражи позволяет обнаружить его даже без сим-карты. Мы договорились с Агентством по информатизации и связи и сотовыми операторами об обязательной регистрации всех абонентов, в том числе и корпоративных. Для изменения ситуации в корне необходимо сделать так, чтобы кража телефона оказалась бессмысленной. То есть, если телефон в случае кражи будет полностью отключен с помощью операторов связи по его IMEI-коду, он не будет представлять какой-либо ценности для похитителей.
– При вашем предшественнике в Алматы был приватизирован самый крупный бассейн Казахстана «Динамо». Проясните, пожалуйста, ситуацию. Вы намерены возвратить его в собственность МВД?
– Мы разбираемся по собственности органов внутренних дел. И есть результаты. 9 марта этого года вступило в силу решение Алмалинского районного суда Алматы о возвращении трехэтажного здания по улице Наурызбай батыра, 110.
– Как по-вашему, была ли необходимость приватизировать «Кузет»?
– Я бы не назвал это приватизацией. Ведь под таковой подразумевается передача государственной или муниципальной собственности в частную. В марте прошлого года постановлением правительства создано акционерное общество «Специализированное охранное подразделение «Кузет» со 100-процентным участием государства в его уставном капитале, то есть собственник остался прежний – государство.
Если вас интересует мое мнение, то я считаю, что необходимости в этом не было. Но решение о создании АО принято, и мы должны его исполнять.
– Правда ли, что сотрудники ФБР, приехавшие в Казахстан, занимаются расследованием смерти Заманбека Нуркадилова, или это дело закрыто?
– Неправда. Сотрудники ФБР не имеют отношения к расследованию этого уголовного дела. Для полноты и всесторонности расследования проводится ряд дополнительных мероприятий, срок предварительного расследования дела продлен.
– На каком этапе находится расследование убийства Алтынбека Сарсенбаева?
– Следственные действия по этому делу закончены, обвиняемые и их защитники ознакомлены с материалами уголовного дела, которое уже направлено в суд.
05.06.2006 15:12
"...общее количество зарегистрированных преступлений уменьшилось на 6,4 процента" - все-таки за какой период?
"Никаких планов, в том числе неофициальных, по количеству раскрытых преступлений нет" - есть процент раскрываемости за который дерут шкуру с руководителя любого уровня. На какие только ухищрения не идут сотрудники полиции, чтобы обеспечить требуемый процент: пытки задержанных, отказ от приема заявлений, укрытие преступлений от учета, фальсификация материалов и т.д.
"В начале года мы разработали и сейчас реализуем ведомственную программу по борьбе с кражами. В ней предусмотрен комплекс мер по профилактике и раскрытию хищений сотовых телефонов". "Действительно, в последнее время сотовые телефоны стали красть чаще" - без комментариев...
Ермухамет-Интернет. Так нарекли министра культуры и информации Ертысбаева
"Шымкентпиво" - пейте пиво пенное и рожа у вас будет здоровенная
