"Большая поездка большого Человека. Некоторые подробности визита Заманбека Нуркадилова в Западную Европу в январе прошлого года"

27.01.2006
Источник: "Республика", Анатолий Иванов, опубликовано 27.01.2006 г.

Выяснилось, что сельчане внимательно наблюдают за всем, что происходит в стране, и хорошо знают имена и фамилии практически всех высокопоставленных чиновников. Стоит ли говорить об их осведомленности о жизни и деятельности тех, кто непосредственно возглавляет регион, в котором они проживают? По словам одного из наиболее горячих моих собеседников по имени Мейрам, на селе «узун-кулак» работает почище любой газеты и сообщает обо всех праведных и неправедных делах, что числятся за первыми руководителями области.

Ну, а поскольку наш разговор зашел об акимах Алматинской области, то не удивительно, что все собравшиеся вспомнили о Заманбеке Калабаевиче НУРКАДИЛОВЕ. «Ну, не верю я, что Заке покончил жизнь самоубийством!», - кипятился Мейрам, - «Я в течение 20 лет работал участковым, и знаю, что такие люди как Нуркадилов, не могут пойти на такой грех! Он же был правоверным мусульманином! Нет, не сомневаюсь, что его убили! Просто тот, кто руководил расследованием преступления, был не заинтересован сообщать правду. Не сомневаюсь, что и Заке чего-то или кого-то опасался…».

Надо сказать, что последняя фраза оказалась не в глаз, а в бровь. Достаточно вспомнить, что, начиная с марта 2004 года (сразу же после знаменитого обращения к главе государства), Нуркадилов несколько раз публично заявлял об угрозах его жизни. Он был абсолютно уверен, что некий 10-й отдел отслеживает каждый его шаг, а потому прилагал невероятные усилия, дабы уйти от их, как он говаривал, «неусыпного ока».

Как это делал Заке, и насколько это было эффективно, мне довелось лично наблюдать во время его нашумевшей поездки в Западную Европу в январе прошлого 2005 года…

Письмо из Германии

Вечером 14 января, где-то около 22.00 в моем доме раздался телефонный звонок:

- Алло!

- Анатолий?

- Да, Заманбек Калабаевич!

- Хочу тебя предупредить, у меня завтра День рождения.

- Я это помню, собираюсь к Вам придти где-то в районе 17 часов.

- Нет, мне надо с тобой встреться значительно раньше. Подходи к половине восьмого утра. Мы с Макпал должны уехать в полдесятого, а у меня к тебе есть срочный разговор.

- Что-то случилось?

- Придешь, узнаешь.

На следующее утро, подойдя к дому Нуркадилова, я увидел весьма странную картину. Обычно закрытые ворота были распахнуты настежь, а во дворе - готовый в любую секунду сорваться с места Land Cruiser Заманбека Калабаевича. Стоявший рядом с джипом Заке жестом пригласил меня сесть в машину, и спустя минуту мы уже мчались вниз по улице Луганского. Куда мы ехали и для чего, было абсолютно непонятно, поскольку в течение минут пяти Заманбек Калабаевич не проронил ни слова. Наконец, после того, как наш автомобиль свернул на улицу Гоголя, Заке заговорил:

- У меня к тебе просьба. О нашем разговоре до поры до времени никто не должен знать. Даже Макпал.

- Есть какие-то проблемы?

- Да. Ты, вообще, понимаешь по-немецки?

- Немного.

- Хорошо.

Немного подумав, Заке вынул из внутреннего кармана пиджака белый конверт и протянул его мне. В конверте лежало свернутое пополам письмо, написанное по-немецки и адресованное господину Нуркадилову: «Уважаемый господин Заманбек Нуркадилов! Агентство публичной политики «AFPA» приглашает Вас совершить поездку в Западную Европу для встречи с известными политиками, журналистами и общественными деятелями. Генеральный директор «AFPA» Михаэль Лаубш».

- Ты знаешь что-нибудь об этом Михаэле? – спросил Заманбек Калабаевич.

- В принципе, это достаточно известный в ФРГ эксперт по вопросам Центральной Азии. Во всяком случае, многие немецкие средства массовой информации периодически обращаются к нему за комментариями.

- Ясно. А ты сам-то хочешь поехать в Германию? Я хотел бы, чтобы ты поехал со мной.

- Честно говоря, я бы не отказался, - ответил я.

- Хорошо. Это был правильный ответ. Дело в том, что это письмо вчера утром принес ко мне один человек, которому я не совсем доверяю, даже кое в чем подозреваю. Понимаю так, что он хочет поехать со мной. С ним я не поеду. Поэтому, свяжись с этим Лаубшем, выясни, действительно ли он отправлял мне приглашение, узнай программу поездки и передай ему мои условия, что ты должен обязательно поехать со мной. Держи меня в курсе. Встречаемся завтра. И помни, о нашей с тобой поездке ни кто не должен знать! Я не исключаю провокаций по отношению ко мне.

Билеты в Талгар

В тот же день мне удалось связаться с Михаэлем Лаубшем и передать ему условия Заманбека Калабаевича. Выяснилось, что письмо подлинное, и согласно программе, разработанной Лаубшем, со 2 по 12 февраля 2005 года у Нуркадилова предполагаются встречи в Бонне, Париже, Берлине и Брюсселе.

- Меня не устраивают встречи со 2 по 12 февраля, – шепотом заметил Заке на следующий день. Надо сказать, что на этот раз наша встреча проходила не как обычно в биллиардной комнате его особняка, а в небольшом коридорчике при входе. В этот момент в его доме гремела музыка, а в бассейн с шумом наливалась вода. - Это слишком поздно! Сам знаешь, на меня заведено уголовное дело по факту оскорбления чести и достоинства президента, и я не исключаю, если узнают, что я собираюсь выехать, на меня будет совершено покушение. Передай Лаубшу, что я собираюсь приехать уже в ближайшие дни. Пусть готовятся! И ещё, выясни расписание всех авиарейсов на Германию. Встретимся завтра. У тебя все должно быть уже готово.

Судя по реакции Михаэля, он был несколько удивлен желанием Заманбека Калабаевича изменить программу встреч в Западной Европе. Во всяком случае в нашей переписке возникла некоторая заминка. Лишь глубокой ночью он прислал ответ, в котором выражал понимание возникшей у Нуркадилова ситуацией, при этом замечая, что в этом случае возможны некоторые изменения в программе встреч. Тем не менее, Лаубш принимал условия Нуркадилова.

Заманбек Калабаевич был явно удовлетворен: «Это хорошо, – сказал он, прочитав мой небольшой отчет о переписке с Михаэлем, - что у нас с поездкой в Талгар?»

Поскольку наш разговор происходил в биллиардной комнате, Заке молча указал на потолок, картину и биллиардный стол, и слегка постучал пальцами по ушам:

– Так что с Талгаром? Ты выяснил?

Я протянул Нуркадилову заранее подготовленный лист бумаги, на котором выписаны все авиарейсы на Германию. Пробежав глазами по тексту, Заманбек Калабаевич, наконец, ткнул пальцем на самую верхнюю строчку, где были данные о рейсе «Lufthansa» Алматы – Франкфурт на Майне:

- Это самый верный путь. Нигде не останавливается. Голландцы (KLM – примеч. автора.) – долго, наши (Эйр Астана) – опасно, могут снять на остановке (в Астане), туркам (Турецкие авиалинии) и русским (ТрансАэро) я что-то не доверяю. Значит так, пойдешь на автовокзал и возьмешь два билета на Талгар и обратно. Один забронируй на своё имя для меня с открытой датой отъезда. Не исключено, что я там погощу несколько дольше запланированного. Всё будет зависеть от охоты на меня. Другой билет возьми для себя. И ещё, мы должны выехать в разные дни.

Провожая меня до порога, Заке вдруг внезапно остановился и шепотом сказал:

- Обрати внимание на белый «Мерседес» и серый «Жигули» девятой модели. Мне донесли, что за тобой уже следят. Удачи!

Никогда не думал, что моя скромная персона может кого-то заинтересовать. Тем менее слова Заке оказались правдой. Честно говоря, не совсем приятное ощущение, когда видишь, что за тобой попеременно следуют то одна, то другая машина. Вообще, все это напоминало какой-то плохой американский детектив, когда «хорошие ФБРовцы» ведут матерого преступника. Впрочем, оказалось, что уйти от хвоста в Алматы не так уж сложно. Объяснение тому – обыкновенные автомобильные пробки. В итоге были взяты билеты на 23 и 24 января. Однако, «приключения» на этом отнюдь не закончились. Предстоял один из самых сложных этапов – непосредственный выезд Нуркадилова в Западную Европу.

- Я сильно опасаюсь, что мне не дадут даже сесть в самолет, - говорил Заманбек Калабаевич, - понимаешь, Анатолий, я для них представляю не просто опасность, а огромную опасность. Они способны на всё, лишь бы не допустить моих встреч в Европе. Вполне допускаю, что меня могут перехватить по дороге в аэропорт или задержать непосредственно при посадке в самолет. Поэтому у меня к тебе просьба, проводи меня до аэропорта и оставайся там до того момента, пока наш самолет не вылетит. Мало ли что, вдруг понадобится проинформировать газеты о моём задержании.

- Хорошо, Заманбек Калабаевич.

- И ещё, я раньше ездил и в Париж, и в Лондон, в другие города. Но я всегда был в составе какой-нибудь делегации. В этот раз я лечу один. Я слышал, что во Франкфурте аэропорт во много раз больше даже московских аэропортов. Поэтому подготовь мне сопроводительную записку, куда мне ехать и к кому в случае чего обращаться. И скажи Михаэлю, пусть он встретит меня во Франкфурте. Нельзя исключать, что наши спецслужбы передадут немцам, что я какой-нибудь террорист или наркокурьер. От наших всего можно ожидать, я их слишком хорошо знаю.

Главное – выехать

Однако уже через часа полтора стало ясно, что Михаэль не сможет встретить Заке во франкфуртском аэропорту. Как пояснил Лаубш, Нуркадилов по пути в Бонн остановится в транзитной зоне аэропорта Франкфурта на Майне, куда Михаэль, при всех своих связях в Европе, не сможет даже войти. «Это всё равно, что попытаться перейти государственную границу», - добавил Лаубш. Оставалось лишь надеяться, что составленная совместными усилиями пояснительная записка, поможет Заманбеку Калабаевичу не растеряться во время авиаперелета, а позже сориентироваться в городе под названием аэропорт Франкфурт на Майне. Стоит заметить, что Заманбек Нуркадилов не знал ни немецкого, ни английского языков. Понятно, что при таких обстоятельствах при перелете из Алматы в Бонн могли возникнуть и непредвиденные ситуации, поэтому подстраховаться, никогда не мешает. И вот что получилось в итоге:

1. При посадке в Алматинском аэропорту Вам выдадут два посадочных талона. Первый талон Almaty-Frankfurt (ALA/FRA) у Вас заберут непосредственно при посадке в самолет. Второй – Frankfurt-Cologne/Bonn остается у Вас на руках. Его Вы предъявите уже во Франкфурте.

2. Во время полета по-русски разговаривают только те стюардессы и стюарды, у которых на груди или на лацкане пиджака прикреплен флажок Российской федерации, либо имеется значок с надписью: «Говорю по-русски».

3. После приземления во Франкфурте Вы войдете через «зеленый коридор» таможни и полиции в здание аэропорта. В ходе прохождения через таможню и полицейский кордон в связи с существующими проблемами терроризма возможна тщательная проверка багажа и личных вещей, включая надетую на Вас обувь. На выходе из коридоров должны стоять девушки в униформе авиакомпании «Люфтганза». Для того чтобы выяснить, с какого терминала будет происходить регистрация на рейс Франкфурт-Кельн/Бонн, надо подойти к тем девушкам, у которых на лацкане пиджака будет приколот значок: «Говорю по-русски». Они должны сопроводить Вас до места посадки и рассказать Вам обо всех услугах, которые предоставляет авиакомпания «Люфтганза». Кроме того, Вам должны предоставить завтрак. Все услуги предоставляются бесплатно и входят в стоимость Вашего авиабилета. Для информации; вылет на Кёльн/Бонн, скорее всего, будет производиться с терминала 10А или 10В. В случае необходимости можно подойти к электронному справочному бюро-автомату и уточнить время вылета и места посадки на самолет. Предварительно необходимо нажать кнопку с определением русского языка (флаг РФ или надпись RUS).

4. Никаких проверок в аэропорту Кёльн/Бонн (это один аэропорт на два города) не будет, поскольку Вы прилетите внутренним рейсом. На выходе из терминала Вас будут встречать сотрудники Лаубша. В руках у них будет табличка «Заманбек Нуркадилов» или «Zamanbek Nurkadilov». В Бонне на Принц-Альберт штрассе 2 в гостинице «Бристоль» у Вас уже забронирован номер. Отель находится в центре нового города в 10 минутах ходьбы от центрального железнодорожного вокзала (что в Германии очень престижно) и является одним из лучших в бывшей столице ФРГ.

Получив пояснительную записку накануне дня вылета, Заманбек Калабаевич, слегка прикрыв глаза, произнес: «Всё это хорошо. Главное теперь - выехать из Алматы».

День «Х»

Наступил день «Х». Как мы ранее и договаривались, в 3 часа 15 минут на пересечение улиц Гоголя и Панфилова на своей машине подъехал Заке. Как только я сел в машину, водитель, не смотря на гололед, резко ударил по газам, и автомобиль за какие-то секунд 20 долетел до проспекта Абылай-хана. Лишь при повороте я заметил причину столь странного поведения обычно спокойного водителя Заманбека Калабаевича. За нами, стараясь не отставать, следовала уже знакомая мне серая «девятка».

Её преследование продолжалось и по проспектам Абылай-хана и Раимбека, вплоть до пересечения проспектов Суюнбая и Рыскулова, пока водитель Заке вдруг резко не сбавил скорость и не нырнул в поворот перед мостом. «Жигуль» с ревом пронесся мимо. Мы же, «долетев» до улицы Папанина, сделали ещё пару кругов по каким-то неизвестным мне доселе улочкам и переулочкам и, наконец, добрались до аэропорта.

«От одних, вроде избавились, - заметил Нуркадилов, - теперь предстоит второй тайм – посадка в самолет». Тревога Заке где-то передалась и мне, поэтому на всякий случай я включил свой диктофон, дабы записывать всё происходящее на пленку. Однако, как это ни странно, аэропорт встретил нас своей обычной жизнью. На скамеечках мирно дремали ожидающие своего рейса пассажиры, справа от входа шипело и скворчало небольшое кафе, а обслуживающий персонал здания аэропорта привычно исполнял свои обязанности.

Вдруг слева от нас со скамеек резко поднялись три молодых парня и решительно направились в нашу сторону. Честно говоря, в этот момент, думаю, ёкнуло где-то внутри не только у меня, но и у Заке:

- Заманбек Калабаевич?! – спросил один.

- Да, а что?

- Здравствуйте! Вы нас помните? Мы когда-то работали вместе у Вас, когда Вы были акимом Алматинской области! Как Вы поживаете, как Ваше здоровье?! – неожиданно затараторил другой. - Как Макпал Мухамедьяровна? Что у Вас нового?!

Заманбек Калабаевич заметно повеселел:

- Погодите-ка! Если я правильно помню – Талгат, Байгазы и Абылкасым?!

- Надо же, какая у Вас отличная память! – наперебой стали удивляться все трое.

- Я так думаю, что вы тоже не страдаете склерозом! – засмеялся Заке.

- Ну, мы ещё молодые! А Вы, что в Астану собрались?

- Нет, дальше, значительно дальше! Вон уже даже регистрацию объявили.

- Понятно, Вы уж извините нас, что задержали Вас. Честно говоря, мы очень обрадовались, увидев Вас. Не каждый же день можно просто так встретить такого человека, как Вы! Счастливой дороги, и мягкой посадки! – сказали молодые люди и, подталкивая друг друга, возвратились на свои места, долго ещё обсуждая неожиданную встречу.

Заманбек Калабаевич, с улыбкой посмотрев вслед своим, видимо, бывшим сотрудникам, решительно направился в сторону стойки регистрации:

- Ладно, Анатолий, до встречи в Бонне! Я думаю, что это будет очень важная поездка. Поверь, такие случаются только раз в жизни…

Дальше, мне уже было нельзя – государственная граница. А потому я, как мы и договаривались, дождался вылета самолета и отправился домой, чтобы уже через сутки вновь встретится с Человеком с большой буквы.

просмотров [489]

версия для печати

 

TOP-100 самых читаемых статей