"Нет человека - есть проблема. Вечером 12 ноября в Алматы произошло самое громкое убийствов новейшей истории страны"
21.11.2005 Источник: "Новое поколение", Ольга Медведева, опубликовано 18.11.2005 г.
Погиб не просто бывший министр, аким и депутат, не действующий оппозиционный политик Нуркадилов, но Заке - человек, известный в Казахстане каждому. Личность, конечно, весьма эпатажная и скандальная, но в чем-то очень харизматичная. Кому и зачем это понадобилось? Именно сейчас, перед выборами?
Оперативно-следственную группу возглавил лично вице-министр внутренних дел генерал Касымов. Полиция установила всех, кто 12 сентября был в доме на Луганского, 105. Пока эти люди, включая членов семьи, проходят по делу как свидетели, в настоящее время их допрашивают. Меж тем версии причин трагедии уже витают в воздухе, в кулуарах их озвучивают сами полицейские, друзья и враги покойного.
Самоубийство
Версия смелая, но имеет место быть. Несмотря на два выстрела в левую часть груди и третий - в голову. Логичней признать, что наградной “кобальт” обладает характером чеховского ружья и “сам выстрелил”. Полиции придется сильно постараться, чтобы доказать самоубийство.
Служебный револьвер “Кобальт”. Оружие выполнено под патрон Макарова. В “Кобальте” возможно и применение усиленных патронов ПММ. “Кобальт” - это обычная конструкция револьвера по типу модели “Смит энд Вессон”. Его отличие от зарубежных аналогов - в более простой и технологичной конструкции.
Политическая месть
Как мэр Алматы (1991-1994) и аким Алматинской области (1998-2001) Заманбек Калабаевич запомнился экстравагантным руководителем. Такие его инициативы, как сбор золота в помощь казне, закладка камня под будущее строительство международного аэропорта в Капчагае, предложение сформировать военизированные отряды из безработной молодежи вызвали неоднозначную реакцию в обществе. Но больше всего казахстанцы запомнили обрушившийся весной 2004 года выпад Нуркадилова против власти, когда он, будучи главой Агентства по чрезвычайным ситуациям, неожиданно подверг резкой критике руководство страны и потребовал отставки президента. Спустя несколько дней Нуркадилов был уволен с чиновничьего поста. Нельзя сказать, что с этого момента “чрезвычайный политик” полностью ушел в оппозицию, точнее - он поддерживал контакты с оппозицией.
Нуркадилов утверждал, что обладал реальным компроматом на власть, и это позволяло ему выдвигать невероятные ультиматумы. Власть, в свою очередь, шантаж не простила; в июне Медеуский районный суд Алматы признал Нуркадилова виновным в публичном посягательстве на честь президента Казахстана и обязал выплатить штраф в размере 485500 тенге ($3600). Компромат суду представлен так и не был.
Последние два-три месяца Нуркадилов был в тени. Для политика столь долгое молчание неестественно. По словам главного редактора оппозиционной казахстанской газеты “Жума-таймс” Жумаша Кенебая, за несколько дней до смерти Заманбек Нуркадилов связался с ним и сообщил, что “в ближайшее время намерен обнародовать сенсационную информацию, которая станет бомбой”. По словам господина Кенебая, оппозиционер не стал раскрывать детали, пообещав связаться позднее. Существует версия, что встречу с журналистами Нуркадилов запланировал на воскресенье, 13 ноября. По имеющейся информации, за три часа до трагедии Заманбек Калабаевич с кем-то встречался и после той встречи вернулся домой сильно удрученный.
Но версия мести выглядит неубедительной, если учесть, что власть, по предвыборным рейтингам, сейчас опережает оппозицию с таким отрывом, что заинтересована только в доскональном соблюдении всех формальных процедур, но никак не в эксцессах.
Что касается “сенсационного заявления”, то если бы компромат на самом деле существовал, Нуркадилову логичней было бы его обнародовать еще раньше, а не откладывать на полгода.
Бытовуха
Со ссылкой на родных погибшего адвокат семьи Мусин рассказал, что в минувшую субботу около 18:00 супруга Нуркадилова Макпал Жунусова позвала мужа ужинать. Однако он, выйдя на балкон дома, попросил, чтобы ужинали без него. Примерно через 40 минут после этого жена нашла супруга лежащим на полу в крови.
Сами полицейские говорят, что трагедия на улице Луганского напоминает историю с российским генералом Рохлиным, тело которого первой обнаружила жена, и она же позже была обвинена в убийстве мужа. Однако для этого надо поверить, что если не лично певица Макпал Жунусова обладает навыками хладнокровного киллера (по характеру огнестрельных ранений и типу оружия убийца имел “пристреленную” руку), то кто-то из ее ближайшего окружения.
Вероятнее другое: сыщики (подчеркиваем, не входящие в оперативно-следственную группу) предполагают, что в хозяина особняка на Луганской, 105 стрелял кто-то из домочадцев или охраны (нынешней или прошлой). Дом, напичканный охранной аппаратурой, видеокамерами, больше напоминает сейф. Проникнуть в нуркадиловскую усадьбу и при этом остаться незамеченным чужаку с улицы просто невозможно. В преступлении как минимум участвовали двое и один из них знал, где хозяин дома хранит свой именной “кобальт”.
Криминальные разборки
В эту версию можно было бы поверить, когда Заманбек Калабаевич являлся мэром Алматы. На период его правления выдался пик беспредела (1993 год), когда в Алматы было зарегистрировано рекордное количество преступлений. Общество столкнулось с совершенно новыми криминальными явлениями, такими как рэкет, заказные убийства, похищения людей. Стала набирать обороты теневая экономика. В этот год в Алматы был расстрелян президент Алматыгорстроя Мильграм и местный авторитет Баха-Фестиваль. Функции суда и прокуратуры тогда выполняли воры в законе и криминальные авторитеты, в числе которых Рыжий Алмаз и Черный Алмаз. Последний, кстати, являлся родным племянником бывшего мэра южной столицы. Оба застрелены в криминальных разборках.
Попытка связать смерть Нуркадилова с криминальным миром на сегодняшний день кажется надуманной.
Если верить очень похожей на “утку” провокационной информации, заброшенной в Интернет, ответственность за убийство Заманбека Нуркадилова взяло на себя Исламское движение казахов: “Вчера, 12.11.2005 года на тот свет отправился один из криминальных авторитетов г.Алматы, прикрывающийся маской демократа. Заманбек Нуркадилов - богохульник, несмотря на положительное его отношение к Исламу... Мы, последователи Великого Мухаммеда, будем бороться с преступниками, воровавшими у народа”.
Как тут не вспомнить строки из книги Нуркадилова “Не только о себе”: “Ислам сегодня переживает болезни роста, что было свойственно христианству в долютеровскую эпоху... И можно только догадываться, какую бурю в исламском мире вызовет появление мусульманского Лютера. Не приходится сомневаться и в том, что по степени ожесточенности борьба ортодоксальных фундаменталистов с реформаторами намного превзойдет ужасы избиения гугенотов”.
Сценарий Политтехнолога?
Контрольный выстрел в голову говорит о явном “заказе”. Но кто? О власти уже говорилось. Однако убийство Нуркадилова не было выгодно и оппозиции, которой тоже никак не с руки устранять “ходячий компромат”.
А что, если ответ проще, чем кажется? И неведомые политтехнологи ввели в этот предвыборный театр третьего актера?
Кто-то четко просчитал имеющийся расклад на политическом рынке, учел характер Заке, его громкие заявления (“Для того чтобы я замолчал, меня придется уничтожить только физически!”), припомнил “случайную” смерть журналиста Асхата Шарипжанова, погибшего сразу после интервью с Нуркадиловым. И теперь этот некто пытается раскачать ситуацию, чтобы провести “облепиховую” революцию или облегчить государственный переворот? Если уж рассматривать все “интересы” и “мотивы”, следует признать: убийство Нуркадилова, как это цинично ни звучит, обеспечивает “интригу” перед выборами. До воскресенья выборная кампания протекала в привычном ключе: оппозиция жаловалась на давление властей, а государственные чиновники клялись в том, что голосование будет честным и справедливым. После воскресенья возникла вероятность, что гибель крупного политика может круто изменить размеренный ход политического процесса и резко повысить накал предвыборного противостояния. Похоже, опасность наличия третьей силы на политическом поле Казахстана сегодня видят и власть, и оппозиция. И ни та, ни другая не желают стать марионеткой в чьих-то руках.