"Две стороны одной медали. В беседах "не для печати" оперативники самых разных служб часто сетуют на несовершенство законодательства, связывающего им руки в борьбе с преступностью..."

07.01.2005
Источник: "Крим.кз", Ян Отлавский, опубликовано 07.01.2005 г.

Его коллега, отвечающий за секретную работу, был более конкретен, но в силу специфики деятельности так же попросил не называть его фамилии:

- Вот хотя бы такой момент: по подозрению в совершении преступления мы имеем право задерживать граждан на трое суток. Если за это время не удалось собрать достаточных для ареста доказательств, подозреваемого приходиться отпускать. Этих трех суток хватает не всегда. И бывает так, что мы уверены на сто процентов, что задержанный - преступник. Но не хватило нескольких часов, что бы это доказать. Приходиться освобождать. По моему мнению, срок задержания необходимо продлить до десяти суток. Это позволило бы работу оперативников сделать более эффективной.

Прекрасно понимая оперов, которые всегда на передовой, а не в теплых кабинетах, тем не менее не забудем, что в сферу их интересов зачастую попадают граждане, никак с криминалом не связанные. Или "вляпавшиеся в

историю" случайно. Профессор криминалистики, кандидат юридических наук, заслуженный работник МВД СССР и МВД РК Александр Гинзбург, участвовавший в свое время в разработке Закона "Об оперативно-розыскной деятельности" также считает, что этот документ нуждается в доработке. Вот только с претензиями оперативников он совершенно не согласен. Скорее наоборот:

- Возьмем, к примеру, опрос граждан. Не допрос, подчеркну, а опрос. В соответствии с Законом об ОРД, оперативник имеет право задавать вопросы гражданам, которые в момент совершения преступления могли что либо видеть или слышать. Он имеет право. А граждане? Нигде в правовых документах не указано, что они ОБЯЗАНЫ отвечать на вопросы оперативного сотрудника. Даже если располагают информацией. Но в Законе об ОРД об этом ничего не сказано! И, что греха таить, порой ситуация складывается так - "Не хочешь говорить? Тогда поехали в полицию. Там поговорим". А много ли казахстанцев знают, что они могут вообще ничего не говорить полицейскому без адвоката?

Еще одно. Многие тактические вопросы, касающиеся оперативно-розыскной деятельности, отражены только в секретных инструкциях. Согласен, что эти документы ни в коем случае нельзя выносить на публику. Но! Инструкции нужно обязательно процессуально обеспечить. Для того, чтобы любой гражданин знал, какие меры против него может предпринять государство, что бы он действия сотрудников полиции мог опротестовать. Например, знать то, что он может отказаться, и без последствий, если ему предлагают гласное или негласное сотрудничество с полицией.

- Ну а режим секретности?

-В святая святых работы оперативников мы вторгнемся тогда, когда открыто скажем - за гражданами такой-то категории будет установлено то-то и то-то. Но ведь этого говорить не надо. Как не надо и засекречивать все абсолютно. Например, в Законе "Об оперативно-розыскной деятельности" есть положение, суть которого - при проведении специальных мероприятий оперативник может негласно проникать в жилища граждан. А еще несколько лет назад нечто подобное нельзя было вслух произнести! Но, как именно обеспечивается негласное проникновение в квартиры, описано не в Законе об ОРД, а в строго засекреченных документах.

- Любой оперативник скажет, что в повседневной работе соблюдать закон до тонкостей не получается. Да вот хотя бы - имеется доподлинно верная оперативная информация, но прокурору ее не предъявишь, потому что она никак не зафиксирована, а подозреваемого надо задерживать сейчас, иначе он успеет скрыться…

- Если есть необходимость в срочном задержании - можно найти какой-нибудь предлог и доставить подозреваемого в отдел. В этом случае у оперативника есть, по крайней мере, несколько часов, чтобы предпринять какие-то действия, и не выйти за рамки Закона. Например, обыск провести, если точно известно, что в жилище подозреваемого находятся улики, вещественные доказательства. Тут, правда, есть нюанс - обыск можно проводить, только если уголовное дело уже возбуждено. Но! Кто мешает подозреваемого изолировать, тут же провести обыск, найти доказательства преступной деятельности, и этим же числом возбудить уголовное дело? Еще в советское время я этот момент подробно оперативникам объяснял. Ведь нередко получалось так - обыск проведен, улики обнаружены, протокол составлен, а дело возбуждается через три дня! Мне могут возразить - не так-то просто дело возбудить, тем более это прерогатива следователя, а не оперативника. Но формальности - регистрацию дела, получение номера - можно оставить на завтра…

Когда шла работа над законом об ОРД, встал вопрос - можно ли приглашать в суд полицейского в качестве свидетеля, как это принято на Западе, где офицер полиции дает показания по делу, которое он вел? В конце концов, решили, что для нашей страны такая практика неприемлема. Почему? Потому что рейтинг доверия к полиции со стороны населения крайне низок.

Но если говорить в общем, опуская нюансы, Закон хорош, и сейчас весьма актуален.

P.S.

Некоторые моменты в этой беседе, видимо, нуждаются в пояснении. Опрос, говоря неофициальным языком, это беседа полицейского с гражданином, как правило, весьма краткая, по месту жительства или работы, без вызова в кабинет и предупреждения об ответственности за дачу ложных показаний. Опрос, как правило, проводится после совершения преступления, в отношении тех, кто мог что либо видеть или слышать. А вот если в полиции сочтут, что вы знаете гораздо больше, чем сказали, или можете быть причастны к преступлению, могут вызвать на допрос. Вызов на допрос - это либо повестка, либо ненавязчивое, но следящее за каждым вашим шагом полицейское сопровождение. По атмосфере допроса вы поймете, чем эта "милая" беседа отличается от опроса…

Гласное или негласное сотрудничество граждан с МВД весьма широко практикуется в оперативной работе. Не раскрывая некоторых нюансов можно сказать, что безопасность агентов обеспечивается весьма тщательно, а сотрудничество может быть как на платной, так и безвозмездной основе. В случае гибели агента его родственникам выплачивается весьма солидная компенсация. Бывают ли случаи, когда человека заставляют работать на "органы"? По словам опытных оперов - бывают. Но в большинстве случаев принуждение касается лиц, вплотную связанных с криминалом, которым на законном основании можно что-то "предъявить".

версия для печати