"После ДТП автомашина, совершившая наезд на 9-летнюю девочку, должна быть арестована и стоять на стоянке ГАИ до окончания судебного разбирательства. Однако на этой машине, с первых же дней после аварии спокойно разъезжал по городу отец виновника аварии"

21.03.2003
Источник: газета "Доживём до понедельника", опубликовано 21-28.03.2003 г.

Роковая случайность превратила жизнь маленькой девочки в адские муки на больничной койке. Если бы девочка вышла на пять минут позже или раньше из дома, трагедии не случилось бы… В день своего рождения 9-летняя Елена попала в автомобильную аварию. Праздничный день, который обычно с нетерпением ждут все дети, был безнадежно испорчен.

- Это случилось 28 июня 2002 года, - с горечью рассказывает мама потерпевшей девочки - Наталья ЕвХУТ. - Леночка в тот день как обычно пошла на очередные занятия музыкальной студии республиканского Дворца школьников. Переходила улицу в строго установленном месте, на пешеходном переходе "зебра". Обычно на таких переходах машины обязаны пропускать пешеходов. Но один лихой водитель вопреки установленным правилам дорожного движения решил-таки проскочить. И сбил мою дочурку. Автомашина летела с большой скоростью (82 км/ч). Сила удара движущейся машины была такова, что мой ребенок отлетел на 2 метра по касательной к разделительной полосе. От полученных множественных травм Леночка потеряла сознание. Со слов старшего инспектора отдельного батальона дорожной полиции УДП ГУВД г. Алматы А. Лисака, дочку мою увезли на попутной машине в первую детскую городскую клиническую больницу, в реанимацию. Врачи поставили потерпевшей диагноз: "Сочетанная закрытая черепно-мозговая травма; ушиб головного мозга; подкожные гематомы затылочной и лобной областей; травматический шок первой степени; ушиб почек; закрытые оскольчатые переломы 3-4-5-пястных костей левой кисти со смещением кпереди". На следующие сутки после автотравмы из реанимационного отделения она была переведена в первое отделение нейрохирургии. В больнице меня подстерегали новые неприятности. Врачами скрывался настоящий диагноз Лены - тяжелый ушиб головного мозга. Сокрытие это было умышленным. К главному врачу и медперсоналу первой детской клинической больницы наведывался отец виновника аварии и уговаривал их как можно быстрее выписать мою дочь. Состояние здоровья бедного ребенка никого не интересовало. Вскоре моя дочь была выписана. По стандартам минимальный срок госпитализации при такой патологии должен составлять 21 день. Но Лена пролежала в больнице только 13 дней. После травмы общее состояние девочки ухудшилось. Резко снизился иммунитет. Не получив качественного лечения и обследования, Елена была направлена с диагнозом "острый бронхит и ларинготрахеит" в детскую инфекционную больницу. Врачи этой больницы определили ее состояние как крайне тяжелое. Гипс с руки был снят только через 2 месяца после травмы.

По факту ДТП отделом дознания УДП ГУВД г. Алматы сразу же было возбуждено уголовное дело и… отменено "за отсутствием состава преступления" (!). Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела старшим инспектором Сыдыком Ш.С., как ни странно, было вынесено задолго до результатов судебно-медицинской экспертизы (СМЭ).

- Об этом постановлении я узнала только в момент его получения 13 сентября 2002 года, хотя вышло оно 28 июля 2002 года, т. е. через месяц после ДТП, - рассказывает Наталья. - Я настойчиво обращалась к начальнику отдела дознания УДП ГУВД Алматы Туткушбаеву с просьбой провести первичную СМЭ по определению степени тяжести телесных повреждений, полученных моей дочерью, и оценки состояния здоровья, но он отказал мне, сказав: "Не надо никакого заявления. Идите в больницу. Занимайтесь лечением ребенка. Сейчас важно, чтобы он быстрее выздоровел!" Но ведь первичную СМЭ важно выполнить в первые дни после травмы по свежим данным для определения степени тяжести. Ведь состояние здоровья меняется, идет процесс заживления и исчезновения характерных повреждений и объективных данных. Меня упорно не знакомили с документами дорожно-транспортного происшествия. Поэтому расследование данного ДТП мне пришлось вести самостоятельно, заниматься розыском и опросом свидетелей происшествия.

- Вы встречались с водителем, совершившим наезд на девочку?

- Впервые я его увидела через 4,5 месяца, когда было возбуждено уголовное дело. До этого я ни разу его не видела и не разговаривала с ним. С момента происшествия он ни разу не появился в больнице, не соизволил даже извиниться. Этот человек ни разу не поинтересовался состоянием здоровья моего ребенка, который по его вине попал в больницу. Он постоянно где-то скрывался. Его сокрытию способствовали родственники и, видимо, сотрудники ГАИ. Работники отдела дознания сами дали мне его телефон. Но там постоянно трубку снимала бабушка и отвечала, что Шайхана нет дома. Однажды ко мне домой позвонил отец Шайхана и пригрозил, чтобы я больше не звонила и не беспокоила бабушку. Он был в гневе, так как я пыталась самостоятельно расследовать это дело. Сказал мне следующее: "Пусть будет суд, а своему сыну я сумею помочь". На следующий день после наезда автомобиля на мою девочку врач приемного отделения нейрохирургии передал мне записку от отца Шайхана о признании вины сына.

- Как сейчас обстоят дела?

- Через четыре с половиной месяца я добилась-таки, чтобы была проведена соответствующая судебно-медицинская экспертиза по определению степени тяжести телесных повреждений, полученных моей дочерью, и возбуждено уголовное дело. Недавно состоялся первый суд по данному факту. Шайхан был признан виновным и осужден условно на один год лишения свободы. Не раз перед началом судебного процесса другая сторона через своих адвокатов пыталась дело решить мирным способом. Предлагали подписывать документы. На мою просьбу о бесплатной адвокатской услуге судья отказал, мотивируя тем, что мне якобы она не положена. Но когда я заявила, что буду решать вопрос мирного договора только в присутствии своего адвоката Эрика НУРШИНА, они почему-то занервничали и сразу же назначили судебное разбирательство на следующий день после переговоров. Видно, чего-то испугались?! Я разрывалась между больным ребенком и постоянной борьбой за объективное ведение расследования, так как со стороны ОДУДП ГУВД и прокуратуры имели место подтасовки и фальсификации как медицинских, так и уголовных документов. Не имея своего адвоката, я обращалась в адвокатскую контору, но их услуги мне оказались не по карману. Обращалась в бюро по правам человека к Жовтису, но и он мне отказал. Судья отклонил все мои заявления и ходатайства. За этот период меня несколько раз запугивали, устраивали травлю, наносили моральный ущерб моему ребенку, чтобы я отказалась от уголовного дела. В незаконном порядке работники правоохранительных органов врывались в мою квартиру, насильно отобрали паспорт. Мой организм не выдержал таких стрессов. Состояние и моего здоровья заметно ухудшилось.

Самостоятельное расследование матери пострадавшей девочки выявило ужасающие факты. Согласно инструкции, после ДТП автомашина, совершившая наезд на 9-летнюю девочку, должна быть арестована и стоять на стоянке ГАИ до окончания судебного разбирательства. Однако на этой машине, как ни странно, с первых же дней после аварии спокойно разъезжал по городу отец виновника аварии.

В феврале-марте этого года Елена прошла очередное обследование. Врачи констатировали еще один диагноз - травматическая болезнь головного мозга, церебрастенический синдром, выявили кисту головного мозга и многое другое. Врачи рекомендовали Елене щадящий режим, исключая физические нагрузки, посоветовали пока не играть на фортепиано, не заниматься хореографией. Обучение по программе общеобразовательной школы теперь проходит на дому.

К сведению. За последние 2 года на этом пешеходном переходе, где произошла трагедия, пострадало из-за невнимательности водителей еще 6 детей. Может, городским властям стоит призадуматься над этим и поставить-таки светофор?!

версия для печати